Актер классических пристрастий



Директор российского Малого театра Виктор Коршунов говорит, что привык "отдуваться" на предгастрольных пресс-конференциях и за актерскую компанию, и за руководящий состав. Положение обязывает, как говорят французы: Коршунов - и театральный функционер, и действующий актер.

Именно так, в двух лицах, он и представлял Государственный Академический Малый театр на встрече с представителями латвийских mass media. Это был краткосрочный (утром "Здравствуй, Рига!", вечером - "Прощай!") визит, предваряющий гастроли, которые пройдут в Риге в последней декаде апреля.

Виктор Коршунов исправно исполняет свои директорские обязанности (театр, по его словам, хоть и государственный, но третий год из госбюджета денег не получает, живя за счет сборов от спектаклей и сдачи в аренду помещений для проведения солидных торжеств вроде юбилейных мероприятий, посвященных творчеству художников Васнецова и Поленова), но является и актером, чье имя значится во многих постановках. Причем роли в этих спектаклях редко бывают эпизодическими.

Его Борис Годунов, которого он в течение многих лет бессменно играет в Царе Федоре Иоанновиче (трагедия А.К. Толстого с успехом была показана в Риге в декабре прошлого года) - личность не однозначная. Он абсолютно уверен в своей правоте ("Ну что это за царь? - читает современный зритель в его надменной улыбке, - и разве Россия после правления Ивана Грозного заслужила этого либерального хорька?") и потому так нахраписто идет к заветной цели и плачет, потерпев временную неудачу. А потом зрители увидели его в роли кроткого Сорина в Чайке...

Персонажи русской классики к лицу этому актеру. Виктор Коршунов даже как-то пошутил: наверное, он уже родился для того, чтобы играть чеховских интеллигентов, островских купцов, толстовских царедворцев. Он пришел в Малый театр в пятьдесят втором году после окончания театральной школы МХАТа и с тех пор не покидал эту сцену никогда. Если не считать съемок в кино. Фильмы пятидесятых годов - Первые радости, Необыкновенное лето - были лирикой и романтикой тех трудных послевоенных лет. Позже (очевидно, в силу его волевых черт лица и ярко выраженного мужского начала) Коршунова постоянно ангажировали на роли военных в советских кинороманах "Но я всегда был верен русской классике, которой верен и наш театр", - говорит Виктор Коршунов. Однако Малый театр, бережно работая с авторами хрестоматийной драматургии, делает это не из упрямства, а из лучших побуждений. "Где еще вы услышите правильную литературную речь? - говорит директор Малого. - Уже столько непристойностей пролилось со сцены и с экрана, что хочется прополоскать рот". Тот язык, полагает Виктор Коршунов, которым изъясняются действующие лица пьес Чехова, Толстого, Островского, Достоевского, Тургенева, - единственный эликсир, которым сегодня еще можно вылечить сию болезнь. "Наматюкались... Хватит!" - довольно резко сказал актер.

Правда, старейший театр России, сказал его директор, не намерен становиться в позу упрямца. Театр не стремится к конформизму, но готов к поискам новизны. Для современной режиссуры и экспериментов с трактовкой произведений отечественной и зарубежной классики руководство театра отвело вторую сцену на Ордынке, где, например, с успехом идет русский мюзикл Свадьба Кречинского "В апреле мы привезем в столицу Латвии три постановки: Дядя Ваня, Волки и овцы, Дядюшкин сон. Всего пройдет шесть спектаклей, - сказал Виктор Коршунов. - О теплом приеме, оказанном нам в прошлый раз рижскими театралами, до сих пор вспоминают те, кто удостоился этой чести".

Автор: Татьяна Ярославская, Диена

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha