В тени смерти



Lauku Avize.

Многие думают, что ураган, который, как обещалось, должен был обрушиться на Латвию, сам собой прошел стороной. И более того - многие, не стесняясь, употребляют крепкие выражения и считают, что этот циклон должен был бы обрушиться на головы наших синоптиков, которые в очередной раз попались на вранье.

Все это совершенно неправильно и бьет мимо цели. Истину знают только несколько человек, но стесняются вынести ее на свет Божий, и поэтому всю правду изложу я: шторм предотвратило наше правительство!

Да, да, и первым об угрозе стихийного бедствия узнал, конечно же, наш вечно пребывающий за границей министр иностранных дел. "Йохайды! - тут же потрясенно подумал он. - Ураган? Над моей Латвией! Это противоречит стабильности и развитию нашего государства!".

Поэтому из ближайшего уличного телефона-автомата он тут же позвонил премьеру прямо на квартиру. Положив трубку, премьер тут же перехватил инициативу. "Жена, - вопросил он, - что делать? На Латвию надвигается страшная буря!" "Что делать, что делать? Вечно мне все знать надо! - возмущенно буркнула спутница жизни президента министров. - Занеси-ка домой просохшее белье - и можешь бежать созывать внеочередное заседание Кабинета министров!".

Ну, конечно, все государственные мужи, как одна коалиция, были на ногах. Министру внутренних дел приказали временно изолировать самых заметных лидеров оппозиции, чтобы они во время больших свершений не болтались под ногами. Министру по особым поручениям было предписано незамедлительно лететь за границу с полученными полномочиями - если в ходе непогоды с правительством что-нибудь случится, то он в далеких землях тут же становится должностным лицом Латвии № 1. Министр финансов на всякий случай повесил на грудь ключ от государственной казны, а министры обороны, среды, сельского хозяйства, экономики и прочие вместе с самим премьером уселись в вертолет и вихрем умчались на борьбу с самым страшным врагом Латвии.

Забыли только министра благосостояния. Ну кто он такой? Бродит себе по кабинету, пьет выдохшуюся минеральную воду, хочет написать приказ - то об увеличении пенсии, то о прибавке зарплаты медикам, но, к сожалению, никак не может вспомнить, как пишется заглавное "П". Словом, ничего он собой не представляет! Покончив, наконец, с минералкой, министр благосостояния отправился домой, вспомнив, что дверь на балкон осталась открытой.

У нас нет данных, сколько сил, стараний и энергии пришлось приложить нашим героям, чтобы развернуть взбесившуюся стихию на Белоруссию. Ясно одно: пота там было пролито немерено, и наши министры неоднократно были в тени смерти.

Они победили! Но что делали целых 60 думцев? Разве что держали памятник Барклаю-де-Толли, чтобы его не унесло по воздуху в то место, где на самом деле и надлежит быть.

Нельзя не спросить, что в такой ответственный момент могло бы делать новое правительство? Разве что молить Бога, дабы и оно могло действовать столь же инициативно и отважно, как старые и закаленные в боях "солдаты" правительства?

Материалы публикуются в сокращении. Перевод Телеграфа.

Автор: Эгил ЛИЦИТИС, Телеграф

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha